IHHT при заболеваниях лёгких исследовали как дополнение к реабилитации пациентов с профессиональной патологией. В пилотной плацебо-контролируемой работе участвовали 60 человек.
Примечание редакции. Пилотная одноцентровая работа с ограниченным сроком наблюдения и разнородными заболеваниями лёгких. Изучалось дополнение стандартной реабилитации, а не её замена. Из результатов нельзя делать вывод о лечении всех форм астмы или ХОБЛ, долгосрочном прогнозе либо эффективности конкретно OXYTERRA. Ниже размещена редакционная текстовая версия русскоязычной статьи. Большие таблицы и графики сохранены в исходном PDF; на странице приведены краткие результаты и ссылки на нужные страницы оригинала. Это научный материал, не инструкция по лечению.
Кратко о публикации
- 60 пациентов; основная и контрольная группы по 30 человек.
- Основная группа получала 12 процедур за три недели, контрольная — плацебо-процедуры.
- Обе группы проходили стандартную медикаментозную и физиотерапевтическую реабилитацию.
- В группе гипоксии–гипероксии прирост дистанции шестиминутной ходьбы составил 11,9 ± 8,6% от исходного уровня.
- Результаты относятся к краткому курсу комплексной реабилитации, не к предотвращению прогрессирования болезни.
IHHT при заболеваниях лёгких: пилотное исследование
Введение
Хронические профессиональные заболевания легких (ХПЗЛ) являются серьезной проблемой, накладывающей значительное бремя на системы здравоохранения во всем мире [1, 2]. ХПЗЛ рассматривают как системные заболевания. Помимо бронхолегочных проявлений, они часто сопровождаются кардиометаболическими изменениями, автономной и иммунной дизрегуляцией. Также возможны хроническое воспаление, тревожно-депрессивные расстройства, кахексия, остеопороз и аномалии скелетных мышц [3, 4]. В развитии ХПЗЛ отмечается определенная стадийность, профессиональный характер заболевания устанавливается обычно через 5–7 лет, факторами риска присоединения обструктивных нарушений при контактах с токсикоаллергенными аэрозолями и органоминеральной пылью являются генетическая предрасположенность, наличие диабета, женский пол, нарушение цитокинового статуса [5–7].
Прогрессирование патологии (как интерстициальных заболеваний легких, так и хронического бронхита (хронический обструктивный бронхит легких — ХОБЛ) сопровождается утяжелением коморбидных состояний, в частности, существенно повышает риск геморрагического инсульта и острого коронарного синдрома [8], злокачественных легочных новообразований [7], ведет к инвалидизации и снижению качества жизни пациентов с ХПЗЛ, многие из которых находятся в трудоспособном возрасте [7].
В лечении ХПЗЛ основной упор обоснованно делается на базисную медикаментозную терапию, однако при наличии сопутствующей патологии, плохой переносимости, побочных эффектах применение медикаментов в отдельных случаях ограничено, что актуализирует применение для таких пациентов комплексных реабилитационных программ, сочетающих медикаментозную терапию, методы физической реабилитации, современные аппаратные физиотерапевтические методики [7, 9]. Одним из относительно новых подходов является метод гипоксического кондиционирования (ГК) — интервальных гипоксических воздействий (ИГВ), применяемых в условиях покоя в виде повторяющихся коротких (3–10 минут) эпизодов дыхания гипоксическими газовыми смесями (ГГС 14–10 % O), перемежаемых короткими (3–6 минут) интервалами нормоксического (21 % O) дыхания.
Воздействия в покое и с упражнениями
ИГВ могут применяться в состоянии покоя или в сочетании с физическими упражнениями (интервальные гипоксические тренировки (ИГТ)) [10]. За последние десятилетия в ряде исследований сообщается, что применение ИГВ улучшает не только спортивные результаты, но и различные клинические состояния, включая сердечно-сосудистые и легочные заболевания, а также метаболические и неврологические расстройства [11–14]. Причем доказано, что именно курс процедур с короткими эпизодами гипоксии-реоксигенации, а не постоянная гипоксическая стимуляция в течение всей процедуры является более эффективным в достижении позитивных тренирующих эффектов (повышение уровня гемоглобина, эритроцитов без признаков «гипоксического» стресса в виде повышения кортизола и снижения иммуноглобулинов) [15].
Описан опыт применения разных протоколов ИГВ у пациентов с хроническим бронхитом, бронхиальной астмой средней тяжести, высоким риском ХОБЛ [16–18].
Физиологические и молекулярные механизмы адаптивных эффектов активно изучаются и представлены в ряде детальных обзоров [19–22]. Ключевыми триггерами адаптации к гипоксии считаются ряд транскрипционных факторов (HIFs, CREB, Atg3), активируемых при дефиците кислорода, а также активные формы кислорода (АФК), продукция которых повышается в периоды реоксигенации после гипоксии. АФК в умеренных концентрациях активируют фактор транскрипции NFkB, что дополняет гематологические и негематологические эффекты адаптации к гипоксии индукцией антивоспалительных механизмов, мощности антиоксидантных систем и пр. [19].
Чередование гипоксии и гипероксии
Для повышения эффективности ИГВ предложена новая технология адаптации к гипоксии — метод интервальных гипоксически-гипероксических воздействий (ИГГВ), где нормоксические паузы между дыханием ГГС заменяются дыханием гипероксической смесью (30–40 % О) [23]. В периоды создаваемой гипероксии происходит быстрое восстановление сатурации крови кислородом и более выраженная, чем при нормоксической реоксигенации, индукция АФК, необходимых для запуска каскада редокс-сигнальных адаптивных путей [11, 23]. Метод ИГГВ апробирован в исследованиях у пациентов с метаболическим синдромом, кардиоваскулярной патологией ишемической болезни сердца, в реабилитационных программах для пожилых людей
Относительно применения ИГГВ у пациентов с профессионально обусловленными длительно протекающими хроническими заболеваниями легких данные ограничены и неоднозначны.
ЦЕЛЬ
Оценка эффективности и безопасности применения ГК в режиме интервальных гипоксически-гипероксических воздействий в программах комплексной реабилитации пациентов с ХПЗЛ.
Материалы и методы
Исследование проведено в клинике ФГБНУ «Научно-исследовательский институт медицины труда им. Н.Ф. Измерова», одобрено локальным этическим комитетом (протокол № 28–20 от 07.10.2020 г.) с соблюдением этических стандартов, описанных в Хельсинкской декларации о принципах медицинских исследований с участием людей (Бюллетень Всемирной организации здравоохранения, 2001). Дизайн: одноцентровое слепое проспективное рандомизированное плацебо-контролируемое клиническое исследование в параллельных группах пациентов.
В рамках настоящей работы исходно обследовали 114 пациентов в возрасте от 46 до 72 лет, с ХПЗЛ, находящихся в стабильном клиническом состоянии, направленных в отделение профессиональных и неинфекционных заболеваний внутренних органов от воздействия химических веществ клиники. Все участники предоставили письменное информированное согласие на участие. Из исследования исключались пациенты в состоянии значительной декомпенсации и те, кто отказался от участия.
По результатам обследования в исследование было включено 60 пациентов (32 мужчин, 28 женщин, средний возраст — 58,2 ± 14,1 лет), рандомизированных в две группы: группа ИГГВ (реабилитация с включением 12 процедур ИГГВ, n = 30), группа плацебо (реабилитация с включением 12 плацебо-ИГГВ, n = 30). Клинико-демографические характеристики пациентов групп сравнения представлены в таблице 1. Курс реабилитации проводился в условиях стационара в течение 21 дня.
Дополнение стандартной реабилитации
Процедуры интервального ГК в режиме ИГГВ отпускались на фоне программы медикаментозной терапии и физиотерапевтической реабилитации с применением аппарата ReОxy Cardio (Aimediq S.A., Люксембург, регистрационное удостоверение Российской Федерации № РЗН 2014/1486).
Структура процедур ИГГВ формировалась индивидуально по результатам предварительного проведения с каждым пациентом 10-минутного гипоксического теста (ГТ), во время которого пациент дышит через ротоносовую маску гипоксической газовой смесью с 12 % О (ГГС-12) с мониторированием значений частоты сердечных сокращений (ЧСС) и сатурации крови кислородом (SpO₂) с помощью пульсометра (Masimo SET, США, точность измерения составила ±2 %), инсталлированного в прибор ReОxy Cardio. Пороговыми значениями прекращения подачи ГГС устанавливали SpO₂ = 82 %, максимальный прирост ЧСС — не более 40 % от исходного.
Критерии прекращения гипоксической фазы теста включали достижение критических значений ЧСС и/или SpO₂, а также фиксацию времени достижения минимального значения SpO₂ или максимального значения ЧСС. После достижения одного из этих критериев происходило автоматическое переключение на подачу гипероксической газовой смеси, пока значения SpO₂ не восстанавливались до исходных. По результатам ГТ рассчитывался гипоксический индекс (ГИ) как соотношение времени десатурации ко времени реоксигенации и формировалась индивидуальная структура процедур ИГГВ (длительность подачи ГГС, гипероксической паузы, пороговое значение десатурации).
Автоматический подбор интервалов
Процедура состояла из циклов гипоксических и гипероксических интервалов, продолжительность которых автоматически регулировалась на основе мониторинга параметров SpO₂ и ЧСС. При достижении критических значений одного из показателей подача ГГС-12 менялась на гипероксическую (FiO₂ = 0,35), а при восстановлении исходных значений SpO₂ вновь подавалась ГГС-12 и т. д. В среднем каждая тренировка включала 4–7 гипоксически-гипероксических циклов и длилась 40 минут с общим временем вдыхания ГГС-12 20–28 минут.
До и после процедуры измеряли значения систолического и диастолического артериального давления (САД и ДАД), мониторировали ЧСС и SpO₂, по завершении процедуры собирали информацию о побочных эффектах (жалобы на головокружение, одышку, сердцебиение и пр.).
У пациентов контрольной группы проводились имитационные процедуры с применением того же прибора, но при подаче через маску обычного увлажненного воздуха. Процедуры имели тот же режим (продолжительность и количество), как и в группе ИГГВ. После каждой плацебо-процедуры измерялось артериальное давление, ЧСС и SpO₂.
До и после курса 3-недельной реабилитации пациенты прошли комплексное обследование, включающее клинический осмотр с применением шкалы общего клинического впечатления (Clinical Global Impression Scale — CGI), клинический и биохимический анализ крови, спирометрию, проведение дыхательных проб (Штанге и Генча), ГТ, оценку кардиореспираторной выносливости в тесте шестиминутной ходьбы (ТШХ).
Спирометрия и оксиметрия
Спирометрическое обследование проводили в соответствии с методическими рекомендациями Российского респираторного общества в 2023 г. с применением экспертного спирометра с опцией оксиметрии MIR Spirolab I (Италия) и документированием показателей форсированной жизненной емкости легких (ФЖЕЛ), объема форсированного выдоха за 1 сек (ОФВ), индекса Генслера (ОФВ/ФЖЕЛ) абсолютных единицах и в процентах от должных индивидуальных значений.
Забор крови осуществлялся из вен предплечья утром натощак, измерение показателей выполнено с применением автоматического анализатора Sysmex ХТ-2000i (Sysmex Corporation, Япония) и биохимического анализатора Konelab-BioSystems (Thermo Fisher Scientific, Финляндия).
ТШХ выполнялся в соответствии с рекомендациями Американского торакального общества (ATS): пациент перемещался в произвольном темпе по 30-метровому коридору в присутствии врача, регистрировали пройденную дистанцию, значения артериального давления, ЧСС, SpO₂ до и сразу по завершении теста, оценивали субъективную переносимость нагрузки (шкала Борга) и выраженность одышки (шкала mMRC).
Статистический анализ данных проводили с помощью программного продукта Statistica 12.0. Результаты представлены как среднее и стандартное отклонение (M ± SD). Проверка на нормальность распределения выполнена с применением теста Колмогорова — Смирнова. Различия качественных переменных анализировались при помощи критерия χ2 и метода Фишера. Для оценки значимости межгрупповых различий показателей применялся критерий Вилкоксона для связанных выборок, критерий Манна — Уитни — для несвязанных выборок. Для оценки динамики показателей рассчитывали взвешенную дельту (∆, %) по формуле:
Расчет относительной динамики показателей
∆ = (М₂ – М₁) / М₁ × 100 %, где М₁ — исходное значение показателя; М₂ — значение показателя в динамике.
Различия считались статистически значимыми при p < 0,05.
Результаты и обсуждение
Группы сравнения не различались по большинству клинико-демографических показателей (табл. 1). Доминирующей нозологией пациентов была профессиональная бронхиальная астма (59,3 %), в меньшем проценте случаев — профессиональный хронический бронхит (18,5 %), профессиональная ХОБЛ (11,1 %) и профессиональный экзогенный аллергический альвеолит (11,1 %). Длительность заболевания у пациентов составляла в среднем 13–18 лет, большинство пациентов поступило в клинику с обострением (73,3 %), остальные — в плановом порядке; 26 человек — работающие по профессии, остальные — неработающие.
В группе плацебо был несколько выше процент курящих, а также пациентов с избыточной массой тела и атеросклерозом брахиоцефальных артерий, что было связано с методом рандомизации групп (блочная). Шесть пациентов группы плацебо не завершили курс реабилитации по личным причинам и были исключены из анализа в связи с ранней выпиской из клиники. Большинство пациентов в обеих группах имели выраженную кардиоваскулярную и метаболическую коморбидность.
Пациенты групп сравнения прошли программы комплексной реабилитации, существенно не отличающиеся по набору медикаментозной терапии и физиотерапевтических методик (табл. 2). Разница отмечена только в частоте применения фиксированных комбинаций бронходилатационной терапии и В-блокаторов (чаще в группе ИГГВ).
В курсе реабилитации все пациенты, прошедшие курс ИГГВ /плацебо-процедур, отметили их хорошую переносимость с минимальными побочными эффектами. Так, 12 пациентов группы ИГГВ и 8 из группы плацебо в первых 2–3 сессиях отмечали затруднение вдоха с маской на лице, легкое головокружение и сердцебиение/потливость, прошедшие в последующих процедурах. Многие (16 пациентов из ИГГВ и 10 пациентов из плацебо-группы соответственно) отмечали некоторую сонливость при прохождении интервальных гипокси-ческих процедур.
Исходные группы и бронхообструкция
Исходно группы сравнения не различались по большинству кардиогемодинамических параметров и показателям крови (табл. 3). У большинства пациентов (16 — в опытной группе и 19 — в контрольной) отмечен умеренный бронхообструктивный синдром, у 30 % всех обследованных — повышенный уровень С-реактивного белка (СРБ).
При обследовании в завершении курса реабилитации у всех пациентов отмечено улучшение состояния по шкале клинического впечатления CGI-C (Clinical Global Improvement or Change), однако в группе ИГГВ значение балла CGI-C было значимо меньше (2,6 ± 1,8 и 4,6 ± 2,1 соответственно, р = 0,03).
После курса реабилитации у пациентов групп сравнения произошло повышение гипоксической устойчивости в результатах проб Штанге и Генча, при этом степень прироста времени задержки дыхания на вдохе и выдохе была значимо больше в группе ИГГВ (табл. 2). В группе ИГГВ также отмечено достоверное повышение значений ГИ при повторном проведении ГТ.
На фоне медикаментозной терапии и физиотерапевтических процедур у всех пациентов отмечено повышение показателей функции внешнего дыхания, при этом в группе ИГГВ степень прироста ОФВ была значимо выше, чем в контрольной. Также в группе ИГГВ отмечено значимое снижение значений ЧСС и ДАД в состоянии покоя.
Кровь и воспалительные маркеры
В значениях отдельных показателей крови существенной динамики не обнаружено, отмечены лишь тенденции к большей степени прироста гемоглобина и снижению значений СРБ в группе ИГГВ по отношению к контрольной.
Исходный уровень кардиореспираторной выносливости, оцениваемый в ТШХ, был снижен практически у всех пациентов (средняя пройденная дистанция составляла 260–440 м относительно условной нормы в 500 м для женщин и 600 м для мужчин) (табл. 4). При этом у 6 пациентов группы ИГГВ и у 5 из группы контроля отмечены признаки нагрузочной десатурации (снижение SpO₂ после теста на 4 % и более или ниже 92 %) [26].
При повторном тестировании в конце курса отмечен значимый прирост средней пройденной дистанции и снижение баллов в шкалах Борга и mMRC в обеих группах. В то же время степень снижения среднего балла по шкале Борга и значений субъективной оценки выраженности одышки после нагрузки была значимо более выражена в опытной группе. Нагрузочная десатурация отмечена только у 1 пациента группы ИГГВ и у 3 пациентов из группы контроля.
В проведенном плацебо-контролируемом исследовании впервые проведен анализ эффективности и безопасности применения метода ГК в режиме ИГГВ у пациентов с ХПЗЛ на фоне мультимодальной стационарной реабилитации. Показано, что добавление относительно непродолжительного курса из 12 процедур ИГГВ к комплексному медикаментозному и физиотерапевтическому лечению пациентов приводит к более выраженному уменьшению клинической симптоматики, повышению гипоксической устойчивости (по данным проб Штанге и Генча и при повторном проведении ГТ), снижению bles in absolute values and in %; IHHE — intermittent hypoxicвыраженности бронхообструктивного синдрома в динамике 3-недельного курса в сравнении с пациентами, проходившими аналогичный курс реабилитации и такое же количество плацебо-процедур ИГГВ.
Группы сравнения были удовлетворительно сбалансированы, а применение плацебо-процедур с тем же оборудованием, что и при проведении ИГГВ, позволяет исключить тренирующее влияние дыхания через систему воздуховодов гипоксикатора.
Проба с задержкой дыхания
Более выраженная динамика в длительности апноэ на вдохе и на выдохе в группе ИГГВ представляется достаточно информативным позитивным признаком: в исследовании Hedhli A. et al. в 2021 г. доказаны высокая чувствительность и надежность тестов с произвольной задержкой дыхания, в частности, длительность апноэ коррелировала с показателями ОФВ, индекса Генслера и являлась прогностическим индикатором выполнения ТШХ пациентов с ХОБЛ [27].
В нашем исследовании уровень нагрузочной толерантности, тестируемый в ТШХ, был существенно снижен практически у всех пациентов, что объяснимо, учитывая выраженность бронхообструктивного синдрома и кардиоваскулярной коморбидности. В курсе реабилитации отмечен значимый прирост пройденной дистанции ТШХ у пациентов из группы ИГГВ и в контрольной группе (последнее отражает адекватность подобранных процедур в курсе реабилитации и эффективность ческой толерантности и индекса Тиффно у пациентов с ожирением и сопутствующей бронхолегочной паным ранее повышением гипоксической устойчивости в процессе реабилитации.
Тенденции к снижению в группе ИГГВ значений СРБ как признака хронического воспаления, несмотря на существенную межиндивидуальную вариабельность, также привлекают внимание, что подтверждается исследованием Timon R. et al. в 2022 г.. В нем показано, что применение ГК у пациентов 65–75 лет в течение 24 недель (3 процедуры в неделю) приводит к снижению жировой массы, уровня холестерина и маркеров воспаления (CRP, VCAM-1, IL-8 и IL-10), подтверждая терапевтический потенциал ГК в борьбе с возрастным низкоградиентным воспалением [11].
Сходные данные приводятся и в работе Stray-Gundersen S. et al. 2022 г., где подчеркивается важность протокола гипоксических воздействий в интервальном режиме для устранения признаков хронического воспаления и эндотелиальной дисфункции [28].
ЧСС, давление и автономная регуляция
Важным представляется также факт более выраженного снижения значений ЧСС и ДАД у пациентов после курса процедур ИГГВ, что подтверждает ранее отмеченный устойчивый гипотензивный эффект курса процедур ГК [14] и повышение парасимпатической активности в регуляции сердца после 15 процедур ИГВ у пациентов с ХОБЛ [29, 30]. Поскольку у пациентов с хронической бронхиальной астмой, ХОБЛ, интерстициальными заболеваниями легких отмечаются снижение чувствительности барорефлекса, повышенная симпатическая активность, депрессия центральных хеморефлексов, что является предрасполагающим фактором к развитию сердечно-сосудистой патологии [30, 31], коррекция гемодинамических функций посредством ИГГВ может иметь важное клиническое значение.
Ограничения и перспективы исследования
Работа носит пилотный характер с включением пациентов с различными нозологическими формами ХПЗЛ разной степени тяжести и продолжительности, выраженности оксидативного стресса, хронического воспаления и пр.
Необходимо также отметить, что, в отличие от нашей работы, большинство ранее выполненных исследований основаны на привлечении пациентов с легким течением легочных заболеваний и применении протокола ИГВ без гипероксических стимуляций. Несмотря на то что экспериментальные данные свидетельствуют о том, что ИГГВ может быть лучшим протоколом, что согласуется с предполагаемой большей индукцией АФК опосредованных адаптивных реакций, требуется проведение сравнительных исследований применения методик ИГВ и ИГГВ.
Перспективы сочетания с нагрузкой
Определенные перспективы видятся также в исследовании эффективности сочетанного последовательного применения ИГГВ и легких физических нагрузок у пациентов с ХПЗЛ, учитывая их вентиляторный потенциал и низкую приверженность к регулярным физическим нагрузкам.
Заключение
Процедуры ГК в режиме ИГГВ легко применимы в практике стационарной реабилитации, не вызывают значимых побочных эффектов и хорошо переносятся пациентами с ХПЗЛ. Включение процедур ИГГВ в комплексные программы реабилитации у этих пациентов приводит к более выраженному клиническому улучшению, значимому повышению гипоксической толерантности и кардиореспираторной нагрузочной выносливости, а также снижению бронхообструктивны проявлений и нормализации артериального давления по сравнению с группой плацебоконтроля.
ДОПОЛНИТЕЛЬНАЯ ИНФОРМАЦИЯ Чжан Синьлян, аспирант, кафедра спортивной медицины и медицинской реабилитации, Институт клинической медицины, Первый Московский государственный медицинский университет им. И.М. Сеченова (Сеченовский университет). ORCID: https://orcid.org/0000-0001-8513-3328 Ачкасов Евгений Евгеньевич, доктор медицинских наук, профессор, заведующий, кафедра спортивной медицины и медицинской реабилитации, Институт клинической медицины, Первый Московский государственный медицинский университет им. И.М. Сеченова (Сеченовский университет). ORCID: https://orcid.org/0000-0001-9964-5199 Дудник Елена Николаевна, кандидат биологических наук, доцент, кафедра нормальной физиологии, Институт клинической медицины, Первый Московский государственный медицинский университет им. И.М. Сеченова (Сеченовский университет).
ORCID: https://orcid.org/0000-0003-4571-1781 Румянцева Ольга Игоревна, кандидат медицинских наук, заведующий отделением профессиональных и неинфекционных заболеваний внутренних органов от воздействия химических веществ, Научно-исследовательский институт медицины труда им. Н.Ф.
Измерова. ORCID: https://orcid.org/0000-0002-0744-6625 Глазачев Олег Станиславович, доктор медицинских наук, профессор, кафедра нормальной физиологии, Институт клинической медицины, Первый Московский государственный медицинский университет им. И.М. Сеченова (Сеченовский университет). Email: glazachev_o_s@staff.sechenov.ru, glazachev@mail.ru; ORCID: https://orcid.org/0000-0001-9960-6608
Вклад авторов
Вклад авторов. Все авторы подтверждают свое авторство в соответствии с международными критериями ICMJE (все
ADDITIONAL INFORMATION Xinliang Zhang, Postgraduate Student, Department of Sports Medicine and Medical Rehabilitation, Institute of Clinical Medicine, I.M. Sechenov First Moscow State Medical University (Sechenov University). ORCID: https://orcid.org/0000-0001-8513-3328 Evgeny E. Achkasov, D.Sc. (Med.), Professor, Head of the Department of Sports Medicine and Medical, Institute of Clinical Medicine, I.M. Sechenov First Moscow State Medical University (Sechenov University). ORCID: https://orcid.org/0000-0001-9964-5199 Elena N. Dudnik, Ph.D. (Biol.), Associate Professor at the Department of Normal Physiology, Institute of Clinical Medicine, I.M. Sechenov First Moscow State Medical University (Sechenov University).
ORCID: https://orcid.org/0000-0003-4571-1781 Olga I. Rumyantseva, Ph.D. (Med.), Head of the Department of Professional and Non-Communicable Diseases of Internal Organs from the Effects of Chemicals, Izmerov Research Institute of Occupational Health. ORCID: https://orcid.org/0000-0002-0744-6625 Oleg S. Glazachev, D.Sc. (Med.), Professor, Professor at the Department of Normal Physiology, Institute of Clinical авторы внесли значительный вклад в концепцию, дизайн исследования и подготовку статьи, прочитали и одобрили окончательный вариант до публикации).
Наибольший вклад распределен следующим образом: Чжан С. — проведение исследования, написание черновика рукописи, Ачкасов Е.Е. — курирование проекта, Дудник Е.Н. — программное обеспечение, верификация данных, анализ данных, Румянцева О.И. — проведение исследования, обеспечение материалов для исследования, визуализация, Глазачев О.С. — руководство проектом, научное обоснование, методология, проверка и редактирование рукописи. Источники финансирования. Данное исследование не было поддержано никакими внешними источниками финансирования. Конфликт интересов. Авторы декларируют отсутствие явных и потенциальных конфликтов интересов, связанных с публикацией настоящей статьи.
Этическое утверждение. Авторы заявляют, что все процедуры, использованные в данной статье, соответствуют этическим стандартам учреждений, проводивших исследование, и соответствуют Хельсинкской декларации в редакции 2013 г. Проведение исследования одобрено локальным этическим комитетом при ФГАОУ ВО «Первый Московский государственный медицинский университет им. И.М. Сеченова» (Сеченовский университет) Минздрава России (г.
Этическое одобрение и согласие
Москва, Россия), протокол № 23-23 от 01.12.2023. Информированное согласие. В исследовании не раскрывается сведений, позволяющих идентифицировать личность пациентов. От всех пациентов (законных представителей) было получено письменное согласие на публикацию всей соответствующей медицинской информации, включенной в рукопись. Доступ к данным. Данные, подтверждающие выводы этого исследования, можно получить по обоснованному запросу у корреспондирующего автора.
Таблицы и иллюстрации оригинала
Краткие результаты приведены в начале страницы. Полные наборы показателей, исследовательские протоколы и графики доступны в исходном PDF.
Клинико-демографические характеристики: таблица 1
Медикаментозная терапия: таблица 2
Кардиореспираторные показатели и кровь: таблица 3
Шестиминутная ходьба: таблица 4
Читайте также
- Гипокситерапия при астме: патофизиология и перспективы
- Эффективность интервальной гипоксически-гипероксической терапии при различных заболеваниях и возможные метаболические эффекты
Литература
Источники 1–5
1. Косарев В.В., Бабанов С.А. Профессиональная хроническая обструктивная болезнь легких. Consilium Medicum. 2014; 16(3): 22–26. [Kosarev V.V., Babanov S.A. Occupational chronic obstructive pulmonary disease. Consilium Medicum. 2014; 16(3):22–26 (In Russ.).]
2. Murgia N. Gambelunghe A: Occupational COPD — The most underrecognized occupational lung disease? Respirology. 2022; 27(6): 399–410. https://doi.org/10.1111/resp.14272
3. Tug T., Terzi S., Yoldas T. Relationship between the frequency of autonomic dysfunction and the severity of chronic obstructive pulmonary disease. Acta neurologica scandinavica. 2005; 112(3): 183–188. https://doi.org/10.1111/j.1600-0404.2005.00456.x
4. Байкова А.Г., Бабанов С.А., Будаш Д.С. Профессиональная бронхиальная астма. Медицинская сестра. 2018; 20(7): 13–18. https://doi.org/10.29296/25879979-2018-07-03 [Baikova A.G., Babanov S.A., Budash D.S. Occupational asthma. Meditsinskaya Sestra. 2018; 20(7): 13–18. https://doi.org/10.29296/25879979-2018-07-03 (In Russ.).]
5. Бухтияров И.В., Орлова Г.П., Андреенко О.Н., Землякова С.С. Эпидемиология профессиональных интерстициальных заболеваний лёгких в России. Медицина труда и промышленная экология. 2022;62(7): 430–436. https://doi.org/10.31089/1026-9428-2022-62-7-430-436 [Bukhtiyarov I.V., Orlova G.P., Andreenko O.N., Zemlyakova S.S. The epidemiology of occupational interstitial lung diseases in Russia. Russian Journal of Occupational Health and Industrial Ecology. 2022; 62(7): 430–436. https://doi.org/10.31089/1026-9428-2022-62-7-430-436 (In Russ.).]
Источники 6–9
6. Васильева О.С., Кузьмина Л.П., Черняк А.В., Кравченко Н.Ю., Коляскина М.М. Профессиональные факторы и роль индивидуальной восприимчивости к развитию и течению бронхолегочных заболеваний. Пульмонология. 2021; 31(4): 463–468. https://doi.org/10.18093/0869-0189-2021-31-4-463-468 [Vasilieva O.S., Kuzmina L.P., Chernyak A.V., Kravchenko N.Yu., Koljaskina M.M. The role of occupational factors and individual susceptibility in the development and course of bronchopulmonary diseases. Pulmonologiya. 2021; 31(4): 463–468. https://doi.org/10.18093/0869-0189-2021-31-4-463-468 (In Russ.).]
7. Макаров И.А., Потапова И.А., Мокеева Н.В. Особенности динамики профессиональной хронической обструктивной болезни легких у рабочих пылевых профессий. Пульмонология. 2017; 27(1): 37–40. https://doi.org/10.18093/0869-0189-2017-27-1-37-40 [Makarov I.A., Potapova I.A., Mokeeva N.A. Clinical course of occupational chronic obstructive pulmonary disease in workers exposed to dust. Pulmonologiya. 2017; 27(1): 37–40. https://doi.org/10.18093/0869-0189-2017-27-1-37-40 (In Russ.).]
8. Chuang C.-S., Ho S.-C., Lin C.-L., et al. Risk of cerebrovascular events in pneumoconiosis patients: a population-based study, 1996–2011. Medicine 2016, 95(9): e2944. https://doi.org/10.1097/md.0000000000002944
9. Shen H., Xu Y., Zhang Y., et al. Efficacy of pulmonary rehabilitation in patients with chronic obstructive pulmonary disease and obstructive sleep apnea; a randomized controlled trial. J Rehabil Med. 2024; 56: jrm23757. https://doi.org/10.2340/jrm.v56.23757
Источники 10–14
10. Бурчер Й., Глазачев О.С., Копп М., Бурчер М. Эффекты интервальных гипоксических экспозиций и интервальных гипоксических тренировок на переносимость физических нагрузок (нарративный обзор). Спортивная медицина: наука и практика. 2024; 14(2): 16–23. https://doi.org/10.47529/2223-2524.2024.2.5 [Burtscher J., Glazachev O.S., Kopp M., Burtscher M. Effects of intermittent hypoxia exposures and interval hypoxic training on exercise tolerance (narrative review). Sports medicine: research and practice. 2024; 14(2): 16–23. https://doi.org/10.47529/2223-2524.2024.2.5 (In Russ.).]
11. Timon R., González-Custodio A., Vasquez-Bonilla A., et al. Intermittent hypoxia as a therapeutic tool to improve health parameters in older adults. International Journal of Environmental Research and Public Health. 2022; 19(9): 5339. https://doi.org/10.3390/ijerph19095339
12. Tessema B., Sack U., König B., et al. Effects of intermittent hypoxia in training regimes and in obstructive sleep apnea on aging biomarkers and agerelated diseases: a systematic review. Frontiers in Aging Neuroscience. 2022; 14: 878278. https://doi.org/10.3389/fnagi.2022.878278
13. Schega L., Peter B, Brigadski T., et al. Effect of intermittent normobaric hypoxia on aerobic capacity and cognitive function in older people. Journal of Science and Medicine in Sport. 2016; 19(11): 941–945. https://doi.org/10.1016/j.jsams.2016.02.012
14. Lyamina N.P., Spirina G.K., Glazachev O.S. Hypoxic Conditioning in Rehabilitation and Secondary Prevention Programs in Cardiac Patients with Multimorbidity: a Review. Bulletin of Rehabilitation Medicine. 2022; 21(5): 78–86. https://doi.org/10.38025/2078-1962-2022-21-5-78-86
Источники 15–18
15. Tobin B, Costalat G, Renshaw G.M.C. Intermittent not continuous hypoxia provoked haematological adaptations in healthy seniors: hypoxic pattern may hold the key. Eur J Appl Physiol. 2020; 120(3): 707–718. https://doi.org/10.1007/s00421-020-04310-y
16. Гребенюк С.А., Озаровский Е.Е. Применение прерывистой нормобарической гипокситерапии в лечении больных с хроническими неспецифическими заболеваниями легких в условиях военного санатория. Военно-медицинский журнал. 2003; 324(1): 69–70. [Grebenyuk S.A., Ozarovsky E.E. Application of intermittent normobaric hypoxytherapy in the treatment of patients with chronic nonspecific lung diseases in the conditions of military sanatorium. Military Medical Journal. 2003; 324(1): 69–70 (In Russ.).]
17. Иванов А.Б., Борукаева И.Х., Шхагумов К.Ю., Абазова З.Х. Комбинированное применение гипокситерапии и оксигенотерапии — эффективный метод коррекции иммунологического статуса больных бронхиальной астмой. Здоровье и образование в XXI веке. 2015; 17(4): 12–317. [Ivanov A.B., Borukaeva I.Kh., Shhagumov K.Yu., Abazova Z.Kh. Combined application of hypoxytherapy and oxygentherapy is an effective method of correction of immunological status of patients with bronchial asthma. The journal of scientific articles health and education millennium. 2015; 17(4): 312–317 (In Russ.).]
18. Burtscher M., Haider T., Domej W., et al. Intermittent hypoxia increases exercise tolerance in patients at risk for or with mild COPD. Respiratory physiology & neurobiology. 2009; 165(1): 97–103. https://doi.org/10.1016/j.resp.2008.10.012
Источники 19–25
19. Burtscher J., Citherlet T., Camacho‐Cardenosa A., et al. Mechanisms underlying the health benefits of intermittent hypoxia conditioning. The Journal of physiology. 2024; 602(21): 5757–5783. https://doi.org/10.1113/jp285230
20. Kasima V.H.M., Mathiaa S., Perssona P.B., et al. Episodic hypoxia promotes defence against cellular stress. Cell Physiol Biochem. 2019; 52: 1075–1091. https://doi.org/10.33594/000000073
21. Zhang Q., Zhao W., Li S., et al. Intermittent Hypoxia Conditioning: A Potential Multi-Organ Protective Therapeutic Strategy. Int. J. Med. Sci. 2023; 20(12): 1551–1561. https://doi.org/10.7150/ijms.86622
22. Uzun AB, Iliescu M, Stanciu LE., et al. The Impact of Intermittent Hypoxia-Hyperoxia Therapy on Metabolism and Respiratory System in Obese Patients as Part of Comprehensive Medical Rehabilitation. Cureus. 2024; 16(10):e71501. https://doi.org/10.7759/cureus.71501
23. Mallet R.T., Burtscher J., Gatterer H., et al. Hyperoxia-enhanced intermittent hypoxia conditioning: mechanisms and potential benefits. Med. Gas. Res. 2024; 14(3): 127–129. https://doi.org/10.4103/mgr.medgasres-d-23-00046
24. Behrendt T., Bielitzki R., Behrens M., et al. Effects of Intermittent Hypoxia-Hyperoxia on Performance and Health-Related Outcomes in Humans: A Systematic Review. Sports Med. Open. 2022; 8(1): 70. https://doi.org/10.1186/s40798-022-00450-x
25. Dudnik E., Zagaynaya E., Glazachev O.S., Susta D. Intermittent hypoxia–hyperoxia conditioning improves cardiorespiratory fitness in older comorbid cardiac outpatients without hematological changes: a randomized controlled trial. High Altitude Medicine & Biology. 2018; 19(4): 339–343. https://doi.org/10.1089/ham.2018.0014
Источники 26–31
26. Wang S., Gao B., Shi M., et al. Exercise-Induced Oxygen Desaturation Increases Arterial Stiffness in Patients with COPD during the 6WMT. Int J Chron Obstruct Pulmon Dis. 2024; 19: 1479–1489. https://doi.org/10.2147/copd.s465843
27. Hedhli A., Slim A., Ouahchi Y., et al. Maximal Voluntary Breath-Holding Tele-Inspiratory Test in Patients with Chronic Obstructive Pulmonary Disease. Am J Mens Health. 2021; 15(3): 15579883211015857. https://doi.org/10.1177/15579883211015857
28. Stray-Gundersen S., Massoudian S.D., Wojan F., et al. Hypoxic preconditioning reduces endothelial ischemia-reperfusion injury in older adults. Am. J. Physiol. Regul. Integr. Comp. Physiol. 2022; 323(5): R832–R838. https://doi.org/10.1152/ajpregu.00200.2022
29. Haider T., Casucci G., Linser T., et al. Interval hypoxic training improves autonomic cardiovascular and respiratory control in patients with mild chronic obstructive pulmonary disease. Journal of hypertension. 2009; 27(8): 1648–1654. https://doi.org/10.1097/hjh.0b013e32832c0018
30. Vogtel M., Michels A. Role of intermittent hypoxia in the treatment of bronchial asthma and chronic obstructive pulmonary disease. Curr Opin Allergy Clin Immunol. 2010; 10(3): 206–213. https://doi.org/10.1097/aci.0b013e32833903a6
31. Xinliang Z., Achkasov E.E., Gavrikov L.K., et al. Assessing the importance and safety of hypoxia conditioning for patients with occupational pulmonary diseases: A recent clinical perspective. Biomed. Pharmacother. 2024; 178: 117275. https://doi.org/10.1016/j.biopha.2024.117275
Технология и практика
Как устроена аппаратная процедура? Подробнее о режимах IHHT и биологической обратной связи.
О IHHT в клинической практике и восстановлении рассказывает раздел «Применение».