Гипокситерапия и оксид азота рассматривались в исследовании 20 пожилых пациентов с гипертонией. Авторы изучали метаболиты NO и эхокардиографические показатели.
Примечание редакции. Состав выборки может пересекаться с краткими тезисами Е. М. Жеребкер в библиотеке. Эти публикации нельзя автоматически суммировать как независимые испытания. Стандартная терапия сохраняла самостоятельное значение. Эта публикация не является отдельным клиническим подтверждением эффективности OXYTERRA RS. Ниже размещена редакционная текстовая версия предоставленной русскоязычной публикации. Таблицы и иллюстрации доступны в неизменённом исходном PDF. Это научный материал, не инструкция по лечению.
Кратко о публикации
- Участвовали 20 пациентов в возрасте 60–80 лет, распределённые в две группы.
- Оценивались метаболиты оксида азота и гемодинамические показатели.
- Изменения лабораторных маркеров не равнозначны доказательству снижения сердечно-сосудистого риска.
Гипокситерапия и оксид азота: данные публикации
Ухудшение экологической обстановки привело к росту числа больных артериальной гипертонией (АГ) [10], неблагоприятные последствия которой обусловлены структурно-функциональными изменениями органов-мишеней в связи с аддитивным действием негативных внешнесредовых и эндоэкологических факторов [13]. Ремоделирование сердечно-сосудистой системы возникает уже на ранних этапах АГ [7]. Основным проявлением структурно-функциональной дезадаптации сердца в ответ на повышенную гемодинамическую нагрузку и хроническую нейрогуморальную активацию является гипертрофия левого желудочка [15]. Сначала ее развитие предупреждается благодаря основному вазодилататору оксиду азота (NO) за счет гемодинамической разгрузки сердца и сосудов [9].
Морфологические изменения обусловлены длительной активацией симпатической и ренинальдостероновой систем, продукцией факторов роста и провоспалительных цитокинов, истощением антиоксидантной защиты, пульсовой выработкой NO, интерстициальным фиброзом [16] и Fas-зависимым апоптозом кардиомиоцитов [8].
Нарушение метаболизма NO ускоряет ремоделирование сердечно-сосудистой системы [2]. В условиях оксидантного стресса, сопровождающего АГ, цитокининдуцированный NO является не вазодилататором, а цитотоксической молекулой, стимулируюшей выброс цитокинов, фиброз и апоптоз миокардиоцитов [3]. В таком случае лечение АГ должно включать стабилизацию гемодинамики, улучшение метаболизма NO и влияние на ремоделирование миокарда [5].
Клинических исследований, посвященных корреляции нарушений синтеза NO и развитию гипертрофии левого желудочка, очень мало. Надо отметить, что даже успешная антигипертензивная терапия не всегда приводит к регрессу гипертрофии левого желудочка [20].
Гипоксия и адаптационные резервы
Авторы связывали снижение адаптационных резервов с угнетением метаболических и энергетических процессов при хронической биоэнергетической гипоксии. Они ссылались на источник [4]. При АГ гипоксия выступает дополнительным негативным внутренним фактором, угнетающим экологофизиологические механизмы адаптации [1].
Прерывистую нормобарическую гипокситерапию, или метод «Горный воздух», авторы рассматривали как способ повышения устойчивости к патогенным факторам [11]. Во время сеанса дыхание смесью с пониженным содержанием кислорода создаёт дозированную по глубине и времени гипоксию. В отличие от горных условий сохраняется нормальное атмосферное давление. Метод сочетают с традиционным лечением.
Широкое воздействие этого метода заключается в тренировке организма к недостатку кислорода и включением резервов, заложенных в человека миллионы лет назад, когда в атмосфере Земли содержалось минимальное количество кислорода [12].
Цель работы – определить роль NO в развитии морфофункциональной перестройки миокарда; влияние прерывистой нормобарической гипокситерапии на метаболизм NO и ремоделирование миокарда.
Материал и методы
В исследование были включены 20 амбулаторных больных (6 мужчин и 14 женщин) в возрасте 60–80 лет (в среднем 68,3 ± 1,6 года), страдающих АГ II степени. Средняя длительность АГ составляла 18,5 ± 2,1 года. У 6 больных АГ сочеталась с ИБС, стенокардией напряжения I–II функционального класса; 4 больных за несколько лет до включения в исследование перенесли острый инфаркт миокарда; у 4 больных сопутствующим заболеванием была бронхиальная астма средней тяжести; у 2 – сахарный диабет типа 2, средней тяжести.
В исследование не включались больные, перенесшие острый инфаркт миокарда и острое нарушение мозгового кровообращения за последние 1,5 года; страдающие выраженным нарушением сердечного ритма или функций печени и почек, хронической сердечной недостаточностью в стадии декомпенсации, психическим расстройством, обострением хронической обструктивной болезни легких, алкогольной или лекарственной зависимостью. Больные были разделены на 2 группы по 10 человек.
Десять больных первой, контрольной группы получали только базисную терапию. У десяти больных второй, опытной группы к лечению добавляли курсы прерывистой нормобарической гипокситерапии. Использовали гипоксикаторы «Вершина» для домашних условий. Продолжительность воздействия подбирали с учётом компенсаторно-приспособительных возможностей по пробе Штанге. По её результатам цикл дыхания составлял 30 минут [11]. Режим был циклично-фракционированным.
Структурные и гемодинамические характеристики сердца оценивали эхокардиографией до исследования и через девять месяцев [6]. Метаболиты NO (NO₂⁻ и NO₃⁻) определяли в конденсате выдыхаемого воздуха реактивом Грисса. Использовали спектрофотометр Shumadzu при 520 нм. Измерения выполняли исходно и раз в три месяца в течение наблюдения.
Результаты и обсуждение
Все больные прошли исследование. Ни у одного больного не было отрицательных психоэмоциональных или соматических реакций при проведении гипокситерапии. Эхокардиографические параметры до и после исследования представлены в таблице.
У больных 1-й группы до исследования фиксировали увеличение массы миокарда левого желудочка, толщины задней стенки левого желудочка в диастолу и систолу, размера левого предсердия, толщины межжелудочковой перегородки в диастолу и систолу, размера правого желудочка, переднезаднего размера сердца, уменьшение ударного объема и фракции выброса, характеризующей сократительную функцию миокарда. После исследования фиксировали значительное уменьшение фракции выброса и ударного объема, увеличение конечного систолического и диастолического размера, правого желудочка, дальнейшее увеличение массы миокарда левого желудочка, значительное увеличение левого предсердия, толщины межжелудочковой перегородки в диастолу и систолу, толщины задней стенки левого желудочка в диастолу и в систолу, переднезаднего размера сердца.
У больных 2-й группы до исследования фиксировали уменьшение ударного объема и фракции выброса, увеличение толщины межжелудочковой перегородки в диастолу и систолу, переднезаднего размера сердца, значительное увеличение толщины задней стенки левого желудочка в диастолу и в систолу, массы миокарда левого желудочка. После исследования фиксировали уменьшение конечного диастолического размера, массы миокарда левого желудочка, толщины межжелудочковой перегородки в диастолу, толщины задней стенки левого желудочка в диастолу и в систолу, переднезаднего размера сердца, увеличение до нормы ударного объема и фракции выброса.
Размеры левого предсердия и правого желудочка не изменились. Увеличение фракции выброса и уменьшение конечного систолического размера свидетельствует об улучшении систолической функции миокарда [14]. Таким образом, наблюдалась положительная динамика морфометрических и функциональных параметров левого желудочка у больных после гипокситерапии.
Динамика NO в конденсате
Содержание метаболитов NO в конденсате выдыхаемого воздуха у больных обеих групп до исследования было повышено. У больных 1-й группы – 28,27 ± 0,77 нМ/мл, 2-й – 32,48 ± 1,3 нМ/мл; после исследования содержание NO в конденсате выдыхаемого воздуха у больных 1-й группы оставалось повышенным – 30,15 ± 0,83 нМ/мл. Добавление гипокситерапии больным 2-й группы способствовало нормализации содержания NO в конденсате выдыхаемого воздуха: 24,26 ± 0,96 нМ/мл.
Прогрессирование гипертрофии левого желудочка у больных 1-й группы сопровождалось повышенным содержанием в выдыхаемом воздухе метаболитов NO, что можно объяснить напряженностью механизмов вазодилатации и неравномерной выработкой эндогенного NO на фоне общего его дефицита. Повышенное содержание метаболитов NO у больных 1-й (контрольной) группы соотносилось с увеличением массы миокарда левого желудочка, толщины задней стенки левого желудочка и толщины межжелудочковой перегородки, что согласуется с данными литературы [9] и является еще одним доказательством патогенетической значимости нарушений функционального состояния эндотелия в развитии ремоделирования миокарда у пациентов с АГ.
Исходно гипертрофия левого желудочка представляет собой физиологическую реакцию сердца на увеличенную посленагрузку, связанную с повышением общего системного сосудистого сопротивления. По мере прогрессирования гипертрофии возникает эндоэкологическое несоответствие между возрастающей потребностью миокарда в кислороде и ограниченной возможностью доставки его с кровью по коронарным артериям. В условиях гипоксии, оксидантного стресса и искаженного метаболизма NO, основных эндоэкологических кардиодепрессивных факторов лимитируется расслабление миокарда, ускоряется развитие фиброза. Истощение адаптивных резервов проявляется снижением фракции выброса, увеличением конечного систолического и диастолического размера, определяющим функциональный резерв сердца и толерантность к нагрузке [16].
Гипертрофия и фиброз миокарда
Авторы отмечали, что большинство препаратов не вызывает обратного развития фиброза [17]. Поэтому при АГ с ГЛЖ они обсуждали комбинированную терапию. Её задачи — не только нормальное АД, но и повышение адаптивных возможностей миокарда и сосудов. Включение гипокситерапии во второй группе они связывали с улучшением метаболизма NO. Авторы рассматривали её как клинический метод с тренирующим действием на сердечно-сосудистую систему.
В некоторых исследованиях доказывается патогенетическая значимость нарушений метаболизма NO в ремоделировании миокарда при АГ [19]. Фоновое количество NO обеспечивает эндотелийзависимую вазодилатацию и снижение общего периферического сосудистого сопротивления, т. е., NO предупреждает гипертрофию за счет гемодинамической разгрузки сердца, снижая тонус артерий. Однако этим участие NO в экологофизиологических механизмах адаптивной вазорелаксации не исчерпывается. Есть данные об антипролиферативном эффекте NO [18]. Молекулярные механизмы, лежащие в основе индуцируемого избыточным синтезом NO нарушения сократительной способности и ремоделирования миокарда, далеко не ясны. Полученные данные являются еще одним доказательством патогенетической значимости нарушений метаболизма NO в ремоделировании миокарда у больных с АГ.
Выводы
Развитие АГ сопровождается нарушением метаболизма NO. Изменения в системе NO приводят к структурно-функциональным изменениям и снижению сократительной способности миокарда. Курсы прерывистой нормобарической гипокситерапии способствуют улучшению сократительной функции сердца, замедлению ремоделирования миокарда и улучшению метаболизма оксида азота у больных АГ. Прерывистая нормобарическая гипокситерапия – надежный, эффективный и доступный метод повышения экологофизиологических резервов, может быть использован в лечении больных с артериальной гипертонией.
Данные исходной публикации
Полные таблицы, иллюстрации и формулировки авторов доступны в исходном PDF. Ссылки ниже открывают соответствующие страницы оригинала.
Технология и применение
Метаболиты оксида азота описывают один из механизмов сосудистого ответа. Подробнее о технологии IHT и IHHT.
Литература
Источники 1–10
1. Агаджанян Н.А., Полунин И.Н. Интегративная медицина и экология человека. Москва – Астрахань – Пафос: АГМА; 1998. 450.
2. Бувальцев В.И., Машина С.Ю., Покидышев Д.А. Роль коррекции метаболизма оксида азота в организния сердечно-сосудитой системы. РКЖ. 2002; 5: 1-10.
3. Гельцер Б.И., Петешова Е.Е., Кочеткова Е.А.. Елисеева Е.В. Определение метаболитов оксида азота в конденсате выдыхаемого воздуха как способ оценки NO-реактивности дыхательных путей у больных бронхиальной астмой. Тер. арх. 2003; 10: 91-94.
4. Дауранов И.Г., Ярочкина Н.П., Шорина Е.Н. Коррекция энергообмена как условие оптимизации иммунометаболических процессов при воспалительных заболеваниях. Янтарная кислота в медицине, пищевой промышленности, сельском хозяйстве. Сборник научных статей. Пущино; 1996.
5. Джаиани Н.А. Кардиопротективные и нефропротективные эффекты ингибиторов ангиотензинпревращающего фермента. РМЖ 2005; 13 (27): 1858-1862.
6. Джаруллаев Р.З. Эхокардиографические показатели центральной, внутрисердечной и периферической гемодинамики у нормотензивных лиц. РНКК. От диспансеризации к высоким технологиям. 2006; 122.
7. Евсевьева М.Е., Подушинский А.Ю., Подушинская Н.М. Структурно-функциональное ремоделирование сердечно-сосудистой системы на ранних этапах артериальной гипертензии. РНКК. От диспансеризации к высоким технологиям. 2006; 136.
8. Залесский В.Н., Фильченков А.А. Перспективы патогенетически обоснованного применения модуляторов апоптоза в качестве цитопротекторов. Лечение интоксикаций. 2004; 1: 1-8.
9. Ковалева О.Н., Нижегородцева О.А. Состояние системы оксида азота при формировании гипертензивного сердца. Кардиология 2004; 1: 1-8.
10. Палеев Н.Р., Распопина Н.А., Шуганов Е.Г. Существует ли пульмогенная артериальная гипертензия? Тер. арх. 2002; 9: 78-81.
Источники 11–19
11. Стрелков Р.Б. Нормобарическая гипокситерапия. М.; 1994. 14.
12. Стрелков Р.Б., Чижов А.Я., Потиевская В.И., Евсегнеева М.В., Белых А.Г., Закощиков К.Ф., Зволинский В.П. Нормобарическая гипокситерапия (метод «Горный воздух»). М.: РУДН; 1994. 95.
13. Шарандак А.П., Кириченко Л.Л., Дворянчикова Т.Ю., Королев А.П., Ежова Е.О., Елкина Г.М., Пильин Е.Т. Поражение органов-мишеней при артериальной гипертензии. Роль наследственности и среды. Кардиология 2003; 5: 29-32.
14. Штегман О.А., Терещенко Ю.А. Систолическая и диастолическая дисфункции левого желудочка – самостоятельные типы сердечной недостаточности или две стороны одного процесса. Кардиология 2004; 2: 82-86.
15. Dablot B., Devereux R., Kjeldsen S. Cardiovascular morbility and mortality in the losartan intervention for endpoint reduction in hypertension study (LIFE): a randomized trial against atenolol. Lancet 2002; 359: 995-1003.
16. Kearney M.T., Fox K.A., Lee A.J. Predicting death due to progressive heart failure in patients with mild-tomoderate chronic heart failure. J. Amer. Coll. Cardiol. 2002; 40: 1801-1808.
17. Schillai G., Verdeechia P., Porcellati C. Continuous relation between left ventricular mass and risk in essential hypertension. Hypertension 2000; 35: 580-586.
18. Simko R., Simko J. The potential role of nitric oxide in the hypertrophic growth of the left ventricle. Physiol., 2000; 49: 37-49.
19. Simone G., Pasanisi F., Contaldo F. Link of nonhemodynamic factors to hemodinamic determinants of left ventricular hypertrophy. Hypertension 2001; 38: 13.
Источники 20
20. Taddei S., Virdis A., Ghiadoni L. Effects of antihypertensive drugs on endothelial dysfunction: clinical implications. Drugs. 2002; 62: 265-284.